| Напротив, буквальный смысл Библии воспринимался как своеобразное «пространство диалога», поскольку такое понимание текста гарантировало широкое согласие, причем не только христ. теологов друг с другом, но и христиан с их внешними оппонентами, иудеями и мусульманами, религ. споры с к-рыми в этот период активизировались во мн. точках соприкосновения европ. христ. цивилизации с вост. религиями и культурами (см.: Patton. 1999). Показательным в этом отношении является решение Вьеннского Собора (1311-1312), в котором предписывалось, чтобы при неск. европ. ун-тах, в т. ч. в Париже, были созданы специальные кафедры для преподавания вост. языков: еврейского, арабского и халдейского (арамейского). Хотя перед этими кафедрами ставились в первую очередь миссионерские и полемические задачи, расширение знаний о библейском тексте и вариантах его интерпретации требовало выработки новых экзегетических решений. Н. де Л. не был первым средневек. теологом, задумавшим составить комментарий ко всей Библии. Впервые подобного рода масштабный проект был реализован теологами Ланской школы (XII в.), в результате многолетней работы к-рых появился наиболее распространенный и авторитетный комментарий высокого средневековья - «Glossa ordinaria». Однако к XIV в. этот комментарий уже не удовлетворял потребности теологов, поскольку в нем гл. обр. предлагались парафразы авторитетных мнений отцов Церкви самого разного характера: от мелких текстологических заметок до масштабных аллегорий. Новые комментарии к отдельным библейским книгам появлялись регулярно; во многих из них были намечены те пути, которыми позже следовал Н. де Л. Напр., широкое использование при комментировании ВЗ иудейских источников и толкований характерно для экзегетических сочинений Андрея Сен-Викторского (ок. 1110-1175) и Герберта Боземского (XII в.). Важность буквальной интерпретации библейских текстов подчеркивал Фома Аквинский. В 1-й пол. XIII в. доминиканец Гуго Сен-Шерский ( 1263), пользуясь помощью учеников, составил «Постиллу» ко всей Библии, в которой предлагал объяснения библейского текста в 4 традиц. |
| Авита Вьеннского, Драконция, Альдхельма Малмсберийского), в т. ч. испанских (Пруденция, св. Исидора Гиспальского, св. Евгения II Толетского и св. Ильдефонса), а также Жития Эмеритских отцов, так и сочинения рим. писателей (Помпея Трога, Ювенала, Вергилия, Катона), особенно позднеантичных грамматиков (Доната, Клавдия, Мавра Сервия Гонората). В завещании Сихилы упомянуты и богослужебные книги - Псалтири, Антифонарии, Лекционарии (Liber commicus), Liber ordinum и др. Вероятно, «неоготские» устремления астуро-леонских правителей включали укрепление т. н. испано-мосарабского обряда. Из числа сохранившихся литургических рукописей этого обряда подавляющее большинство было создано в североиспан. скрипториях в X-XI вв. Продолжением традиций вестгот. эпохи было и широкое распространение т. н. пактового монашества, отличавшегося тем, что монашеская община была основана на формальном договоре (pactum) между аббатом и всеми насельниками. Эта традиция получила развитие в Галисии под влиянием св. Фруктуоза, еп. Браги († 665), который считался одним из отцов испанского монашества, а с VIII в.- также в Леоне, Кастилии и Ла-Риохе. Мост паломников в Пуэнте-ла-Рейна, пров. Наварра. 1-я пол. XI в. Испанская марка, территориальный центр которой окончательно оформился после захвата франками Барселоны, объединяла 5 еп-ств с кафедрами в Барселоне, Жироне, Эльне, Уржеле и Вике. Положение Церкви здесь было лучшим, нежели в Астурии: в ряде еп-ств поддерживалась непрерывная епископская преемственность, покровительство со стороны франк. правителей и местной знати способствовало строительству храмов и мон-рей. Так, в 80-х гг. IX в. на средства Вифреда I Волосатого, гр. Барселоны, Озоны, Жироны, Уржеля и Серданьи были основаны мон-ри Санта-Мария-де-Риполь и Сан-Жоан-де-лез-Абадесес, впосл. ставшие важными духовными и культурными центрами Каталонии. Поскольку Таррагона, древняя митрополия Сев.-Вост. Испании, оставалась в руках араб. правителей, еп-ства Испанской марки находились в юрисдикции архиепископа Нарбонского. |
| 1 марта 1319 г. И. восстановил в должности магистра Фулька де Вилларе, однако лишь для того, чтобы тот мог отречься от должности на законных основаниях. Новым магистром ордена в 1319 г. стал Гелион де Вильнёв. Схожим образом была решена проблема раскола в ордене гранмонтенсов , к-рая была связана с противостоянием Жордана де Рапистана, приора главного орденского мон-ря Гранмон, и Эли Адемара, главы мон-ря Луй. В нояб. 1317 г. И. преобразовал структуру ордена: сократил количество дочерних мон-рей со 152 до 39, поставил во главе каждого из мон-рей свободно избираемого братией приора, расширил представительство мон-рей на орденском капитуле. И. подверг ревизии сборник постановлений консистории в Монтё, составленный при папе Клименте V и посланный им в Орлеанский ун-т как сборник постановлений Вьеннского Собора . Сборник, ставший последним офиц. сводом декретального права , был обнародован И. в 1317 г. в качестве добавления к «Liber Extra» и «Liber Sextus» и получил название «Liber septimus decretalium» (Седьмая книга декреталий; др. названия - «Constitutiones Clementinae», «Clementinae»). Он был разделен на 5 книг и содержал 106 глав. В 1325 или 1327 г. канонист Жеслен де Кассань составил сборник экстравагант И., куда вошли 20 декретальных посланий папы. В Corpus juris canonici входит свод «Extravagantes Johannis XXII», составленный в нач. XVI в. франц. юристом Ж. Шаппюи, он же включил 33 декреталии И. в свод «Extravagantes communes». 3 февр. 1317 г. И. отправил послания Литовскому вел. кн. Гедимину и русским князьям (вероятно, галицко-волынским князьям Андрею Юрьевичу и Льву Юрьевичу), призывая их к заключению церковной унии и к подчинению Папскому престолу (Preussisches Urkundenbuch/Hrsg. R. Philippi. Königsberg, 1939. Bd. 2. N 174; Documenta pontificum romanorum historiam Ucrainae illustrantia, 1075-1953. R., 1953. Vol. 1. N 36). Папские послания тогда остались без ответа. В янв. и в мае 1323 г. Гедимин написал папе, выразив готовность принять католичество. Жалуясь на крестоносцев, к-рые насилием и грабежами якобы оттолкнули литовцев и вел. |
| Материал из Православной Энциклопедии под редакцией Патриарха Московского и всея Руси Кирилла ИСИХИЙ († нач. IV в.), мч. Антиохийский (пам. 10 мая; пам. греч. 2 марта). Несохранившееся греч. Мученичество И. послужило источником кратких греч. синаксарных Житий и лат. Мученичества. Еще одна греч. редакция Жития содержится в дометафрастовском Минологии за янв. Patm. 273, Х в., в заголовке которого вместо имени И. стоит имя мч. Гордия . В Синаксаре К-польской ц. Житие И. помещено дважды - под 4 марта (более пространная версия) и под 10 мая, где указывается, что И. пострадал 4 марта (SynCP. Col. 674). И. был первым человеком среди приближенных имп. Максимиана (по мнению исследователей, Максимиана Галерия , зятя Диоклетиана ), имел звание магистра. Когда Максимиан приказал служившим в армии христианам отказаться от воинского звания и перейти в положение наемных слуг (видимо, в 303), И. снял дорогие одежды сановника и надел власяницу. Император велел ему пребывать в числе жен. прислуги. Когда Максимиан спросил И., не стыдится ли он своего униженного положения, тот ответил, что «царская честь является временной». После этого император велел привязать И. на шею жернов и утопить в р. Оронт. Согласно редакции Жития И., содержащейся в рукописи Patm. 273, мощи мученика хранились в антиохийском пригороде Килихия. Б. де Гефье сомневался в существовании И., предполагая, что агиограф перенес в Антиохию события, происшедшие в 303 г. в Никомидии и описанные Евсевием Кесарийским в «Церковной истории» ( Euseb. Hist. eccl. VIII 4) и Лактанцием в соч. «О смертях преследователей» ( Lact. De mort. persecut. 10). Память И. помещена в Сирийском Мартирологе 411 г. под 29 мая и под 26 авг., в лат. Мартирологе блж. Иеронима - под 15 февр., 3 и 4 марта, 29, 30 и 31 мая, 1, 2, 3 и 10 июля, 18 нояб. Т. о., дата 29 мая зафиксирована в обоих древнейших Мартирологах. Впосл. в лат. Мартирологах утвердилась дата 18 нояб.- в Мартирологах Адона Вьеннского, Узуарда и в Римском Мартирологе, в к-ром память И. отмечена вместе с памятью др. Антиохийских мучеников - Романа диакона и Варула отрока . В визант. календарях память И. празднуется 4 марта и 10 мая. |
| Один из наиболее серьезных конфликтов в период пребывания Гвидо на архиепископской кафедре, осложнивший его отношения с Урбаном II, вырос из территориального спора с епископом Гренобльским. Поводом для конфликта стал находившийся на границе Вьеннского и Гренобльского диоцезов важный в экономическом отношении архидиаконат Серморен, к-рый формально входил в юрисдикцию Вьеннской кафедры, но уже более 100 лет фактически подчинялся епископу Гренобля. Начало конфликта можно датировать 9 сент. 1091 г., когда архиеп. Гвидо и еп. Гуго независимо друг от друга утвердили дарение 2 подчиненных архидиаконату Серморен приходов близ Тюллена вьеннскому монастырю Сен-Пьер. Вопрос поднимался в ходе встреч иерархов (во Вьенне, дважды в Романе (1091 и в авг. 1095 в присутствии папы)) и на Соборах (в Бане, в Отёне (1094), в присутствии папы в Пьяченце (март 1095), в Клермоне (кон. нояб. 1095)), однако урегулировать ситуацию не удалось. История конфликта известна лишь в изложении Гуго Гренобльского, к-рый обвинял Гвидо в использовании фальшивок, взяток и военного давления, в т. ч. непосредственных угроз папе пленением. Этот конфликт стал причиной ухудшения отношений Вьеннского архиепископа и папы Урбана II. На Клермонском Соборе в отсутствие архиепископа дело было решено в пользу Гуго Гренобльского - архидиаконат Серморен и мон-рь Сен-Дона признавались его безоговорочными владениями. Сохранилось много документов о противостоянии Вьеннского архиепископа и канониката Сен-Барнар в Романе, одной из богатейших общин архиеп-ства. По традиции, должности Вьеннского архиепископа и настоятеля общины каноников совмещались, однако постоянное вмешательство во внутренние дела канониката со стороны архиеп. Гвидо вызывало недовольство каноников, которые желали получить относительную независимость от архиепископа. Каждая из сторон предпринимала попытки легитимировать свою позицию путем подделки грамот. Так, вероятно по приказу Гвидо, были подделаны 25-е и 26-е «спорные» Вьеннские письма (Epistolae Viennenses spuriae), к-рыми от имени папы Римского Григория VII подтверждалось исключительное право архиепископа Вьенны на должность настоятеля канониката Сен-Барнара. Во время визита папы Урбана II в Роман каноники изложили свои претензии к архиепископу и попросили вывести их из его юрисдикции и подчинить Риму. Папа поддержал каноников в их противостоянии архиеп. Гвидо и в послании от 18 авг. 1096 г. даровал им привилегии и подчинил Риму. |
| Осуждение присциллиан по надуманным обвинениям и др. жесткие меры Магна Максима послужили поводом к разногласиям среди епископов и к церковному расколу в Галлии (т. н. фелицианская схизма). По мнению Бабю, тело И. вывезли в Аквитанию и похоронили в сел. Бриват, испан. присциллиане посещали его могилу и построили над ней ораторий. Отсутствие среди галльских епископов единства по вопросу об отношении к присциллианам могло способствовать возникновению местного почитания И. В V в. на основе отрывочных воспоминаний о захоронении И. в Бривате и о строительстве оратория было составлено Мученичество, автор к-рого попытался представить И. как мученика эпохи гонений на христиан. Впосл. первоначальная версия Мученичества была дополнена сведениями, заимствованными из предания о св. Ферреоле Вьеннском. Гипотеза Бабю была отвергнута А. Леклерком ( Leclercq. 1927. Col. 405-407), возражения против нее сформулировал П. Франки де Кавальери, к-рый исследовал Мученичество И. как лит. памятник. По мнению Франки де Кавальери, предположение Бабю о существовании несохранившейся первоначальной редакции текста было необоснованным, тогда как отождествление И. с присциллианином, казненным при Магне Максиме, основано на домыслах и не дает удовлетворительного объяснения истории формирования легенды. Франки де Кавальери рассматривал Мученичество И. в контексте агиографического творчества в Галлии в V в. По мнению исследователя, Мученичество в значительной степени основано на агиографических топосах, к-рые восходят к Мученичеству св. Генесия (BHL, N 3304), составленному в нач. V в. в Арелате (ныне Арль). Противоречия между должностными обязанностями героя и его религ. убеждениями, спор между мучеником и гонителем, бегство мученика и погоня за ним, арест мученика и немедленная расправа были заимствованы составителем 1-й редакции Мученичества св. Ферреола, которую Франки де Кавальери датировал сер. V в. Дальнейшее развитие агиографических преданий было связано с обретением мощей св. Ферреола, которое предпринял Вьеннский еп. |
| В помощь Вонифатию папа послал в Германию св. Виллибальда . По основному тексту Liber Pontificalis, Григорий III скончался 28 ноября 741 года, что противоречит указанию заглавия его жизнеописания, согласно которому папа занимал кафедру 10 лет 8 месяцев и 22 дня, т. е. до 10 декабря 741 года. По мнению Л. Дюшена, последняя дата является более вероятной, т. к. в жизнеописании преемника Григория III папы Захарии говорится, что римляне взяли Сполетий еще при жизни Григория III, т. е. в начале декабря 741 года. Погребен в оратории при соборе св. Петра. В Liber Pontificalis отмечается образованность Григория III, знание им греческого и латинского языков, красноречие. Папа описывается как аскет, подчеркивается его забота о нищих, вдовах и сиротах, о выкупе пленных. Упоминание празднования памяти Григория III впервые появляется в некоторых рукописях Мартиролога Вьеннского еп. Адона (IX в.) под 28 ноября; эта же дата сохранялась в Римском Мартирологе до 1922 года, когда память Григория III была перенесена на 10 декабря. Сочинения Литература Использованные материалы " Saint GREGOIRE III, Syrien de nation et médecin de formation, pape et patriarche de Rome (731-743), confesseur de la foi orthodoxe face à l " iconoclasme (743) "http://Laporte, Claude. Tous les saints de l " Orthodoxie. - Éditions Xenia, Vevey, Suisse, 2008, p. 612, . " 28.11: Memoria di San Gregorio III papa e patriarca di Roma; Siriano di nascita e di studi in medicina confessore della fede ortodossa contro l’iconoclastia (731-743) " , страница официального сайта архиепископии Италии и Мальты Константинопольского Патриархата, . " Sfântul Ier. GRIGORIE al Iii-lea, pap al Romei, mrturisitor al credinei ortodoxe în faa iconoclasmului (†743) "http://Sinaxarul sfinilor de pretutindeni: (Septembrizes - februarie)/monahul Valerian Drago i rasofora Iustina. - Bucureti: Piatytera; Alexandria: Cartea Ortodox, 2010, p. 162. Vita prima S. Willibadi. 36 Редакция текста от: 19.11.2025 19:03:37 Дорогой читатель, если ты видишь, что эта статья недостаточна или плохо написана, значит ты знаешь хоть немного больше, - помоги нам, поделись своим знанием. Или же, если ты не удовлетворишься представленной здесь информацией и пойдешь искать дальше, пожалуйста, вернись потом сюда и поделись найденным, и пришедшие после тебя будут тебе благодарны. |
| Неск. чудес, описанных Григорием Турским, связаны с именем Фронимия, еп. Агатского (Агдского), который ок. 580 г. бежал от вестготов и получил убежище в королевстве Гунтрамна. Один из его слуг страдал эпилепсией; благодаря усилиям врачей припадки на время прекратились, но возобновились через неск. месяцев с большей силой. Епископ послал его помолиться перед гробницей Н., и слуга вернулся домой здоровым. Через 7 лет после исцеления Фронимий показал Григорию слугу и поведал о его выздоровлении ( Greg. Turon. Vit. Patr. VIII 8). Некий бедняк собирал щедрую милостыню, показывая рекомендательное письмо, выданное ему Н. Однажды в лесу его избил и ограбил бургунд, к-рый, однако, оставил ему письмо. Нищий пожаловался еп. Фронимию, и тот сообщил об этом комиту. Бургунд был схвачен и допрошен, но отрицал свою вину, поэтому епископ велел ему дать клятву на письме Н. Как только преступник поднял руку, чтобы поклясться, он потерял сознание, изо рта у него пошла пена. Очнувшись через 2 часа, бургунд сознался в ограблении. По просьбе епископа комит отпустил преступника, заставив его компенсировать ущерб, нанесенный бедняку (Ibid. 9). Н. почитали как освободителя заключенных. У его гробницы в базилике были сложены разбитые оковы и кандалы преступников, получивших свободу благодаря помощи святого (Ibid. 6, 10). Когда в базилику привели скованных друг с другом преступников, невидимая сила разорвала их цепи (MGH. Scr. Mer. T. 3. P. 524). Во вьеннской темнице содержали 7 заключенных, одному из к-рых во сне явился Н. и дотронулся посохом до его цепей. Оковы распались, запертые двери отворились, заключенные сбежали и нашли убежище в церкви (Ibidem). Еп. Сиагрий Августодунский (Отёнский) в присутствии Григория Турского поведал кор. Гунтрамну, что Н. ночью освободил заключенных в 7 городах, и судьи не отважились вновь схватить их ( Greg. Turon. Vit. Patr. VIII 10). Однажды во время общественных беспорядков некий человек убил другого и вскоре был убит братом своей жертвы. Мститель был схвачен и брошен в темницу, где он молился об освобождении мн. святым, в т. ч. Н., о к-ром говорили, что он проявлял милосердие к осужденным. Ночью Н. явился преступнику и велел покинуть тюрьму. Проснувшись, тот обнаружил свои оковы разбитыми, сбежал и укрылся в базилике, где был похоронен святой. Вскоре он получил прощение и вернулся домой (Ibid. 7). |
| Прочитав рукопись, Кальвин был возмущен и в письме к Вире выразился, что если Сервет попадет в Женеву, то живым оттуда не выйдет; в то же время он прекратил с ним всякие сношения. Но Сервет не обратил на его гнев никакого внимания и через некоторое время напечатал свое сочинение в большом количестве экземпляров, которые были разосланы в разные места; несколько экземпляров было послано и в Женеву. Появление еретической книги вызвало всеобщее негодование. Начались розыски, кто ее автор, но Сервет благоразумно не выставил на сочинении ни своего имени, ни названия типографии, и дело заглохло бы, если бы секретарь Кальвина не написал во Вьенну своему родственнику, указывая прямо на Сервета как на автора. Когда же этого оказалось недостаточно, секретарь прислал его собственноручные письма к Кальвину, где проводились те же взгляды, что и в анонимном сочинении. улики, таким образом, были налицо. Сервет был арестован; против него начат процесс, во время которого ему удалось, однако, бежать; уже в его отсутствие вьеннский архиепископ присудил его к сожжению. Кальвин уверял впоследствии, что компрометирующие письма были посланы без его ведома, но сам секретарь писал родственнику, что ему, хотя и с большим трудом, удалось выпросить их от Кальвина. Счастливо избежав рук католической инквизиции, Сервет решил поселиться в Неаполе, чтобы заняться там медициной, и после трехмесячного скитания попал проездом в Женеву. Неизвестно, какие именно причины задержали его тут. В то время борьба с либертинами была в самом разгаре и клонилась не в пользу Кальвина. Возможно, что именно это и побудило его остаться. Как бы то ни было, Сервет застрял в Женеве на целый месяц и когда наконец 13 августа 1553 года собирался уже уехать, Кальвин, открывший его пребывание, указал на него магистрату, который велел его немедленно арестовать. С тех пор активное участие Кальвина в осуждении Сервета является несомненным. Он сам выступает его обвинителем, старается все более и более запутать его во время допросов, не дозволяет ему дать защитника. Тем не менее в совете было несколько людей, которые хотели спасти Сервета, в том числе Ами Перрен. Совет решил поэтому выслушать мнения других швейцарских кантонов и отказал вьеннскому архиепископу, потребовавшему выдачи осужденного. |
| Впрочем, Фавсту как представителю южно-галльской монашеской традиции, сохранившей связи с христианским Востоком, было известно и греческое представление об исхождении Духа от одного Отца (ex substantia Patris existere) 129 . С похожей картиной мы сталкиваемся и у Геннадия Марсельского, который в середине 490-х написал догматический трактат De ecclesiasticis dogmatibus («О церковных догматах»), ранее приписывавшийся Августину. В самом начале этого трактата Геннадий приводит тринитарную формулу, в которой сочетаются элементы августиновского учения о Троице как едином Боге и «двойном исхождении» Св. Духа с древним учением о «монархии» Отца: «Веруем в то, что единый Бог есть Отец, Сын и Святой Дух (unum esse Deum Patrem, et Filium, et Spiritum sanctum). Он Отец, поскольку имеет Сына; Сын, поскольку имеет Отца; Святой Дух, поскольку исходит от Отца и Сына (ex Patre et Filio procedens) и совечен Отцу и Сыну (Patri et Filio coaetemus). Итак, Отец – это Начало Божества (principium deitatis), Который как всегда был Богом, так и всегда был Отцом, от Которого рожден Сын и от Которого Святой Дух – не Рожденный, поскольку Он не есть Сын, и не Нерожденный, поскольку Он не есть Отец, и не сотворенный, поскольку Он не произошел из ничего, но от Бога Отца и Бога Сына Бог исходящий (ex Deo Patre et Deo Filio Deus procedens)» 130 . To же самое учение о «двойном исхождении» почти в тех же самых выражениях мы встречаем и у других галльских богословов конца V–VI вв.: Юлиана Померил (ум. 498) 131 , Авита, епископа Вьеннского (ум. 523) 132 , Елевферия, епископа Турнейского (ум. 531) 133 , Григория, епископа Турского (ум. ок. 594) 134 , Венанция Фортуната, епископа Пиктавийского (ум. ок. боо) 135 . Более того, это учение встречается и в так называемом «Афанасиевском Символе» (Symbolum Athanasianum), известном также по своим начальным словам как «Символ Quicunque», который, как предполагают, был составлен неизвестным автором в южной Галлии во второй половине V века (между 430 и 500) и впоследствии приобрел огромный авторитет как на Западе, так и на Востоке 136 . Как считается, этот Символ несет в себе характерные особенности тринитарной доктрины Августина, что выражается в нетипичном для других вероучительных формул изначальном утверждении веры не в единого Бога Отца, а в Троицу как единого Бога, а также в учении об исхождении Св. Духа от Отца и Сына: |
|
|
