| 11, 17). Но Петр не стал апостолом языческих народов, чего-то ему для этого не хватило; таковым стал Павел. – Внутренняя свобода Павла – это то, что по сей день не раскрыто до конца. Это поразительный внутренний дар, дар его личного внутреннего устроения, но освященного Богом. Это не либерализм: Павел иудей до мозга костей. Потрясающая парадоксальность Павла в том, что он на всю жизнь остался Савлом, Саулом. Мы видим это в 28-й главе Деяний, когда Павла, арестованного, доставляют в Рим и он обращает свою речь ко знатнейшим представителям иудейской диаспоры в Риме: не сделав ничего против народа или отеческих обычаев, я в узах из Иерусалима предан в руки римлян (Деян. 28, 17). Заметьте: он прошел от Иерусалима до Испании, стал апостолом языков – и соблюдал все установления Торы, включая шабат и прочее. Он хранит заповеди Торы, но при этом он абсолютно свободен. И дар этой свободы передает людям. Такая свобода – она и сегодня шокирует, и человек, который ее имеет, как правило, сталкивается с тем же, с чем сталкивался Павел. Такого человека не принимают либералы, потому что он традиционней всех традиционалистов, и традиционалисты его не примут тоже, потому что он абсолютно свободен. Например, он говорит: Кто различает дни, для Господа различает, кто не различает – для Господа не различает. Кто ест – для Господа ест, ибо благодарит Бога; и кто не ест – для Господа не ест, и благодарит Бога (Рим. 14, 6). Как различать дни – это мы все хорошо знаем, мы живем по церковному календарю. А как их не соблюдать для Господа? Вы представьте, у православных отнять календарь – это крах! Но святым отшельникам, пустынникам это было доступно, это ими было реализовано. Павел различал дни, он, как мы уже говорили, ни разу шабата не нарушил, но он при этом был свободен, и от шабата тоже. Свобода Павла – это удел даже некоего одиночества, но это одиночество означает, что он – наедине с Богом, ибо Павлу принадлежат слова где Дух Господень, там свобода (2 Кор. 3, 17). Эта внутренняя свобода – высочайший дар Святого Духа, и этим даром Павел обладал в полной мере. Причем, в отличие от отшельников, которые в этой свободе жили далеко от людей, Павел жил с нею в самой людской гуще. |
| - Внутренняя свобода Павла - это то, что по сей день не раскрыто до конца. Это поразительный внутренний дар, дар его личного внутреннего устроения, но освященного Богом. Это не либерализм: Павел иудей до мозга костей. Потрясающая парадоксальность Павла в том, что он на всю жизнь остался Савлом, Саулом. Мы видим это в 28-й главе Деяний, когда Павла, арестованного, доставляют в Рим и он обращает свою речь ко знатнейшим представителям иудейской диаспоры в Риме: не сделав ничего против народа или отеческих обычаев, я в узах из Иерусалима предан в руки римлян (Деян. 28, 17). Заметьте: он прошел от Иерусалима до Испании, стал апостолом языков - и соблюдал все установления Торы, включая шабат и прочее. Он хранит заповеди Торы, но при этом он абсолютно свободен. И дар этой свободы передает людям. Такая свобода - она и сегодня шокирует, и человек, который ее имеет, как правило, сталкивается с тем же, с чем сталкивался Павел. Такого человека не принимают либералы, потому что он традиционней всех традиционалистов, и традиционалисты его не примут тоже, потому что он абсолютно свободен. Например, он говорит: Кто различает дни, для Господа различает, кто не различает - для Господа не различает. Кто ест - для Господа ест, ибо благодарит Бога; и кто не ест - для Господа не ест, и благодарит Бога (Рим. 14, 6). Как различать дни - это мы все хорошо знаем, мы живем по церковному календарю. А как их не соблюдать для Господа? Вы представьте, у православных отнять календарь - это крах! Но святым отшельникам, пустынникам это было доступно, это ими было реализовано. Павел различал дни, он, как мы уже говорили, ни разу шабата не нарушил, но он при этом был свободен, и от шабата тоже. Свобода Павла - это удел даже некоего одиночества, но это одиночество означает, что он - наедине с Богом, ибо Павлу принадлежат слова где Дух Господень, там свобода (2 Кор. 3, 17). Эта внутренняя свобода - высочайший дар Святого Духа, и этим даром Павел обладал в полной мере. Причем, в отличие от отшельников, которые в этой свободе жили далеко от людей, Павел жил с нею в самой людской гуще. |
| В античные времена в этих краях жила иудейская секта. При приближении римлян члены общины ушли, предварительно запечатав свитки в кувшины и спрятав их в пещерах. Так были найдены самые древние списки текстов Ветхого Завета. И они оказались абсолютно совпадающими с теми текстами, которыми пользуемся мы! В их числе был найден экземпляр списка книги пророка Даниила, выполненного за 300 лет до Рождества Христова, и содержавшее то же самое пророчество – слово в слово! Любое подозрение о позднейшей вставке просто отпало. Осталось лишь одно объяснение: Бог, Властелин истории, знающий от начала, что будет в конце, вдохновил Даниила записать данное ему откровение. Совокупность текстуальных, исторических, научных и пророческих свидетельств убеждает нас: Библия – Слово Божье, открывающее людям Его волю. Но есть и такие, кто говорит: «Библия – действительно великая Книга, она послана с неба на Землю. Нам надо ее положить на почетное место, поклоняться ей, целовать ее, и ни в коем случае не читать. Это – откровение, данное святым Богом, и мы, грешные люди, в принципе не можем понять того, что там записано. Это – тайна». Тем не менее, Писание говорит обратное: Библия послана именно для нас, грешных людей, чтобы мы, читая ее, познавали Бога и Его волю относительно нас. Об этом заявляется однозначно и неоднократно: Исаия 34:16: «Отыщите в книге Господней и прочитайте; ни одно из сих не преминет придти, и одно другим не заменится. Ибо сами уста Его повелели, и сам дух Его соберет их». Обратите внимание: не призовите какого-нибудь жреца, оракула или тайновидца, который расшифровал бы написанное – прочитайте! 2-е послание Петра 3:2: «чтобы вы помнили слова, прежде реченные святыми пророками, и заповедь Господа и Спасителя, преданную Апостолами вашими». Слова, реченные пророками, необходимо помнить! Откровение 1:3: «Блажен читающий и слушающие слова пророчества сего и соблюдающие написанное в нем; ибо время близко». Блажен (т.е. абсолютно счастлив) не только читающий, но даже слушающий, если при этом еще и соблюдает написанное, а это подразумевает понимание читаемого или услышанного. |
| Смертоносное оружие врага — гордость; диаметрально противоположное ему — живоносное смирение Христа. За стяжание сего Божественного смирения подвизаемся мы; оно дано нам Христом, ниспославшим на Землю Духа Святого. Это есть святое семя, брошенное с небес в наш план; открывшие ему свое сердце испытывают некое Божественное вдохновение стать подобными Безначальному Отцу, через уподобление Его Единородному Сыну, в благородном подвиге за любовь. «В мире будете иметь скорбь, но дерзайте, мужайтесь, (ибо) Я победил мир (космос)» (Ин. 16:33). Если «человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления всех» (1 Тим. 2:56), победил космос и так стал сверхкосмическим, то, естественно, Евангелие Христа воспринимается нами как надмирное (сверхкосмическое). «Ибо всякий, рожденный от Бога, побеждает мир; и сия есть победа, победившая мир, В Е РА наша. Кто побеждает мир, как не тот, кто верует, что Иисус есть Сын Божий» (1 Ин. 5:45). «Побеждающему (же) дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил (как человек) и сел с Отцем Моим на престоле Его. Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит» (Откр. 3:21—22). Сие есть истинное Откровение о Человеке, образе Божием. Он сотворен по образу Абсолюта, но сначала как чистая потенция. Он носит в себе образ Абсолютности Божией: он может иметь некий опыт своей «абсолютности» (с малой буквы), будучи образом Абсолюта. Выражается сей опыт в некоторые моменты духовного напряжения как осознание своей свободы самоопределения. Ограниченный во всем телесно, человек в акте своего самоопределения даже на вечность не зависит ни от кого. Но сию малую абсолютность не должно принять как наше происхождение от Сущности ПервоБытия, как наше единосущие с Ним. Мы тварь; мы можем воспринимать воистину Божественную жизнь, но как дар Отца нашего, то есть Его Бытие, в содержании, но не в сущности, не сообщимой твари. Тварь получает обожение, Божественную форму бытия, но сама не прелагается в ПервоБытие, оставаясь вечно тварью по сущности своей. В этом отношении Бог вечно остается Богом нашим, как говорит и Сам Христос: «Восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему» (Ин. 20:17). По слову святителя Григория Богослова: «Отцу Моему — в собственном смысле, но в силу воплощения; Богу вашему — в собственном смысле». Полнота нашего богоподобия не устраняет онтологической дистанции между Самобытийным Богом и Человекомтварью. |
| И третье измерение свободы - свобода духовная. Она, в отличие от внешней свободы, означает власть человека над своим эгоизмом, своими страстями, греховными чувствами, желаниями - над самим собой. Такая свобода приобретается лишь при правильной духовной жизни, делающей верующего способным к общению с Богом, Который один лишь обладает абсолютной духовной свободой. Великой свободы достигают святые, очистившиеся от страстей Относительной духовной свободой обладает каждый " обычный " человек (ср. Ин. 8:34). И лишь ожесточившиеся во зле, хулящие Духа Святого (Мф. 12:31-32) и ставшие неспособными к добру потеряли ее. Христианство, таким образом, идеал духовной свободы видит в Боге, и тем самым в принципе отрицает возможность существования какой-то абсолютной свободы ( " по ту сторону добра и зла " ) в человеке. Свобода человека относительна... Она стоит и падает, преодолевается и превосходится на путях тварной жизни к ее обожению. Свобода не есть самостоятельная мощь в себе, и она есть немощь в своем противоположении Божеству. Св. Исаак Сирин говорит: " Ибо в веке несовершенном нет совершенной свободы " Апостол Павел говорит: " Где Дух Господень, там свобода " (2Кор. 3:17). Он называет человека, достигшего духовной свободы, " новым " (Еф.4:24), подчеркивая этим обновленность его ума, сердца, воли и тела. Напротив, живущего греховно называет " ветхим " (Еф. 4:22), " рабом " (Рим. 6:6-17), как не имеющим силы следовать тому, о чем ему говорят и вера, и разум, и совесть, и о чем он хорошо знает, что оно несомненно является для него благом. Это состояние духовного рабства как антитезу истинной свободе апостол Павел описывает в следующих ярких словах: " Ибо не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю... Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю ... в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного " (Рим. 7:15-23). Отличие духовной свободы от свободы воли хорошо выразил Кант: " Под свободой в космологическом (метафизическом - А.О.) смысле я разумею способность самопроизвольно начинать состояние. Свобода в практическом (нравственном, духовном - А.О.) смысле есть независимость воли от принуждения чувственности " |
| Если сила физическая неизбежно побеждается смертью, то сила умственная недостаточна, чтобы победить смерть: только беспредельность нравственной силы дает жизни абсолютную полноту, исключает всякое раздвоение и, следовательно, не допускает окончательного распадения живого существа на две отдельные части: бесплотный дух и разлагающееся вещество. Распятый Сын Человеческий и Сын Божий, почувствовавший Себя оставленным и людьми, и Богом и при этом молившийся за врагов Своих, очевидно, не имел пределов для своей духовной силы, и никакая часть Его существа не могла остаться добычею смерти. Мы умираем потому, что наша духовная сила, внутри связанная грехами и страстями, оказывается недостаточною, чтобы захватить, вобрать внутрь и претворить в себя все наше внешнее, телесное существо. Оно отпадает, и наше естественное бессмертие (до того последнего воскресения, которое мы можем получить только чрез Христа) есть только половинное, бессмертна только внутренняя сторона, только бесплотный дух. Христос воскрес всецело. «Когда же они это говорили, сам Иисус стал посреди них и сказал им: мир вам! Они же в испуге и страхе думали, что видят духа. Он же сказал им: чего смущаетесь, и зачем такие помышления входят в сердца ваши? Видите руки Мои и ноги Мои – что это сам Я. Осяжите Меня и рассмотрите, ибо дух плоти и костей не имеет, как видите Меня имеющего. — И, сказав это, показал им руки и ноги. А как они от радости еще не верили и дивились, говорил им: есть ли у вас здесь что-нибудь съестное? Они же дали Ему часть печеной рыбы и сотового меда. И, взявши, ел перед ними» (Ев. Луки, 24:39-43). Духовная сила, внутренне свободная в Христе от всяких ограничений, нравственно безпредельная, естественно освобождается в Его воскресении и от всяких внешних ограничений, и прежде всего от односторонности бытия исключительно духовного в противоположность бытию физическому, воскресший Христос есть больше, чем дух, дух не имеет плоти и костей, дух не вкушает пищи, как дух, навеки воплощенный, Христос со всею полнотою внутреннего психического существа соединяет и все положительные возможности бытия физического без его внешних ограничений. Все живое в Нем сохраняется, все смертное побеждено безусловно и окончательно. |
| Единственное, что понимают сейчас ученики, — то, что им предстоит утратить своего Господа. Но Господь говорит им, что это будет лучше для них, потому что, когда Он уйдет, Дух Святой, Утешитель, придет к ним. Послание Духа Святого будет даром, который Христос купит для нас Своею кровью. Присутствие Духа Святого в Церкви станет новым несравненным присутствием в ней Христа. Находясь на земле, Христос мог быть только в одном месте в одно время, но Духом Святым Он — всюду, где двое или трое собраны во имя Его. Любящие Господа могут видеть Его не телесным зрением, а глубинами сердечными. Господь говорит, что пришествие Духа Святого — абсолютно необходимо для раскрытия Его Крестного служения на земле. Дух Святой, «придя, обличит мир о грехе и о правде и о суде». Дух Святой именуется Утешителем, а здесь Христос называет Его Обличителем. Он — Дух истины и прежде утешения необходимо открыть раны мира, без этого невозможно уврачевать их. Слово евангельской истины, свидетельство о ней жизнью и смертью святых — непрестанное мощное обличение мира, лежащего во зле и во лжи. И служение Церкви заключается в этом обличении — ради утешения кающихся Утешителем Духом Святым. Дух Святой обличит людей о грехе. Не просто откроет им грех, но откроет обман, губительность и безумие греха и, наконец, покажет, что конец греха — смерть. Обличая, Дух Святой выделит особенным образом главный царствующий грех — неверие во Христа. Чем большее отступничество в мире от Христа, тем большее утверждение в нем греха как нормы. Когда иудеи распинали Христа, они не думали, что совершают грех, им казалось, что они приносят службу Богу. Но в день сошествия Святого Духа во время проповеди апостола Петра, «они умилились сердцем и сказали: что нам делать, мужи братья?» Дух Святой обличит людей о правде. Станет ясно, что во Христе Иисусе — все правда. Тот, Кого убивали как преступника, откроется как Бог, как Сын Божий. Почему сотник увидел Его Сыном Божиим на Кресте и апостол Павел по дороге в Дамаск? Это дело Духа Святого, Он являет совершенную праведность Христа, свидетельствует о Его Воскресении и восхождении к Отцу. Правда, праведность Христова сообщается Духом Святым верующим в Него. Наш Христос — одесную Бога Отца, — справа, там где вся праведность, вся правда, чтобы мы не сомневались в нашем оправдании и спасении по дару Его. |
| Если сила физическая неизбежно побеждается смертью, то сила умственная недостаточна, чтобы победить смерть: только беспредельность нравственной силы дает жизни абсолютную полноту, исключает всякое раздвоение и, следовательно, не допускает окончательного распадения живого человека на две отдельные части: бесплотный дух и разлагающееся вещество. Распятый Сын Человеческий и Сын Божий, почувствовавший Себя оставленным и людьми, и Богом и при этом молившийся за врагов Своих, очевидно, не имел пределов для Своей духовной силы, и никакая часть Его существа не могла остаться добычею смерти. Мы умираем потому, что наша духовная сила, внутри связанная грехами и страстями, оказывается недостаточною, чтобы захватить, вобрать внутрь и претворить в себя все наше внешнее, телесное существо; оно отпадает, и наше естественное бессмертие (до того последнего воскресения, которое мы можем получить только чрез Христа) есть только половинное, бессмертна только внутренняя сторона, только бесплотный дух. Христос воскрес всецело. «Когда же они это говорили, сам Иисус стал посреди них и сказал им: мир вам! — Они же, в испуге и страхе, думали, что видят духа. Он же сказал им: чего смущаетесь, и зачем такие помышления входят в сердца ваши? Видите руки Мои и ноги Мои, — что это сам Я. Осяжите меня и рассмотрите, ибо дух плоти и костей не имеет, как Меня видите имеющего. — И сказав это, показал им руки и ноги. А как они от радости еще не верили и дивились, говорит им: есть ли у вас здесь что–нибудь съестное? — Они же дали Ему часть печеной рыбы и сотового мёда. И взявши, ел перед ними». (Ев. Луки, XXIV, 36–43). Духовная сила, внутренне свободная в Христе от всяких ограничений, нравственно беспредельная, естественно освобождается в Его воскресении и от всяких внешних ограничений и, прежде всего, от односторонности бытия исключительно духовного в противоположность бытию физическому, — воскресший Христос есть больше чем дух, — дух не имеет плоти и костей, дух не вкушает пищи, — как дух, навеки воплощенный, Христос со всею полнотою внутреннего психического существа соединяет и все положительные возможности бытия физического без его внешних ограничений. Все живое в Нем сохраняется, все смертное побеждено безусловно и окончательно. |
| Пищей для поддержания жизни человеческого духа является Божественная благодать. Только тогда жив человеческий дух, когда он регулярно питается благодатью Святого Духа, точно также, как и тело человека живо тогда, когда оно регулярно получает материальную пищу. При уменьшении количества материальной пищи тело начинает голодать, а при ее полном отсутствии – погибает. Точно также и дух человека голодает тогда, когда ему недостает духовной пищи, а если он совсем ее не получает, то неизбежно лишается жизни. Если же тело человека регулярно получает питание, а его дух не имеет своей необходимой пищи, то тогда тело живет, а дух – умирает. Вместе с духом умирает и душа такого человека. Однако, в отличие от духа, душа становится мертвой не в абсолютном смысле, потому что две ее низшие силы – сила энергии и сила желания – продолжают свое существование, и они неуничтожимы. Понятие «мёртвость души» в данном случае означает, что она мертва для Бога, Который есть Источник истинной жизни, то есть она лишается способности к вечной жизни с Ним в Его Царстве. Такой человек с «мёртвой» душой может внешне выглядеть вполне здоровым, радостным и счастливым, однако, если его застигнет физическая смерть в этом состоянии мёртвости его духа, то его неизбежной участью станут вечные мучения в отрыве от Бога – единственного Источника вечной жизни. Поэтому для того, чтобы наша душа была живой для Бога, требуется, чтобы была жива ее высшая часть – наш дух. А для этого он должен получать регулярное питание – благодать Святого Духа. Каким же образом дух христианина может получить свое питание, необходимое для поддержания его жизни? Ответ на это дает нам Господь: « Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6:13). Не случайно Он два раза повторил слово « истинно», как бы убеждая нас в том, чтобы мы в этом ни в коем случае не сомневались. «Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие» (Ин. 6:55). Согласно этим Господним заповедям, Причастие Святых Тайн – это единственные истинные пища и питие для человеческого духа. Кто не причащается с необходимой регулярностью Тела и Крови Господа, тот не может не быть мёртв духом, и его душа мертва для Бога. Если он умрёт в таком состоянии, ад и вечная мука для него неизбежны. |
| Как будто два противоположных гения мировой культуры – дух семитский и арийский, дух смерти и жизни, – сквозь века и народы тяготели, стремились друг к другу и, наконец, вдруг встретились, как два полюса, две половины, два пола мира, для какого-то последнего слияния, соединения – символа... Но древний чистый дух семитства, воплотившись в Иуде, не принял такого Мессии, не принял, потому что не понял Сына Человеческого. Другие приняли, но тоже не поняли, что Плоть и Кровь может быть Духом и Словом. Господь претворил 19 страница утрачена! «вне самого тела»,что святость значит бестелесность, бесплотность, что дух противоположен плоти, как вечное добро вечному злу... Отсюда-де и вывод: «Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей; ибо все, что в мире – похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего. Весь мир лежит во зле». Мир есть отрицание Бога; Бог есть отрицание мира – не какой-либо части мира, а мира как целого, как опять-таки абсолютной сущности 15 . Так Дух Семитства пронесся, как огненный вихрь, над всею европейскою культурою, иссушая последние цветы и плоды греко-римской древности, – до самого Возрождения, где, по-видимому, он изнемог. В эпоху Итальянского Возрождения «волшебный демон» Микель Анджело впервые с небывалою смелостью обнажил человеческую плоть от тысячелетнего христианского покрова, впервые снова, после дневних, заглянул в бездну плоти и пробудил вечно юную арийскую думу о соединении божеского и зверского, «о Божьей твари», о Боге – Звере... Немного ранее Анджело, другой «идол» Возрождения – Леонардо да Винчи – заглянул в противоположную и равную бездну духа. Но как у Анджело плоть не стала духом, так у Леонардо дух не воплотился и остался бесплотным и бескровным. Попытка Рафаэля соединить две бездны – Анджело и Леонардо – не удалась: вместо единства получилось «и нашим, и вашим», так как Рафаэль захотел быть только художником и религиозную идею принес в жертву «чистому искусству». Возрождение «не удалось»! |
|
|
