| так скажите Иосифу: прости братьям твоим вину и грех их, так как они сделали тебе зло. И ныне прости вины рабов Бога отца твоего. Иосиф плакал, когда ему говорили это. Не решаясь прямо предстать для объяснений пред Иосифом, братья его выбирают из себя представителей (по традиции, Дана и Неффалима – сыновей Валлы, с которыми был особенно близок в детстве Иосиф, по Быт. 37:2 ), приносят покаяние в преступлении своем против Иосифа и именем отца умоляют простить их. «Смотри, – замечает святой Иоанн Златоуст , – как они становятся обвинителями самих себя, замечая, как велика обличительная сила совести» (с. 722–723). Искренно признавая свою вину, они умоляют о прощении не только ради памяти умершего отца, но и во имя единого у всех них Бога, Которого рабами все они были (мотив, сильный сам по себе, получал особенную убедительность в стране идолопоклонства – Египте). Быт.50:18 . Пришли и сами братья его, и пали пред лицем его, и сказали: вот, мы рабы тебе. Узнав, что Иосиф тронут их раскаянием, братья уже явились к нему и, довершая свое раскаяние, падают пред ним ниц, выражая мысль, что если ранее один из них хотел остаться рабом, то теперь готовы сделать это все они. Быт.50:19–21 . И сказал Иосиф: не бойтесь, ибо я боюсь Бога; вот, вы умышляли против меня зло; но Бог обратил это в добро, чтобы сделать то, что теперь есть: сохранить жизнь великому числу людей; итак не бойтесь: я буду питать вас и детей ваших. И успокоил их и говорил по сердцу их. Ответ Иосифа повторяет уже высказанную им, при первом открытии им братьям ( Быт. 45:5, 7 ), мысль, что зло человеческое бессильно остановить благотворное действие путей Промысла Божия, который и действие злой воли обращает к благим последствиям. Ст. 19 с еврейского: «разве я вместо Бога?» – мысль, органически связанная с приведенной, – Иосиф только орудие Промысла, может ли он идти в разрез с его действиями – мстить (ср. Втор. 32:35 ). По-русски: «ибо я боюсь Бога» взято из Быт. 42:18 , и тоже может быть приведено в связь с той основной мыслью – как древне-библейской традицией, в сущности проходящей и через всю Библию и весьма знаменательно выдвинутой в конце книги Бытия. В отношении личности Иосифа ответ его также весьма характерен для его великодушия, покорности воле Божией, особого прозрения в тайну путей Божиих. «Этот дивный, всеми добродетелями украшенный муж, так был далек даже от памятования их поступков, что был смущен словами их» (святой Иоанн Златоуст ), и сердечною речью успокаивал сердца их. Предсмертное завещание и смерть Иосифа |
| Ибо Я знаю всех птиц небесных и дикие обитатели полей Мои». И когда дивный муж Божий, епископ Григорий, услышал это, тогда призвал он клириков, как ему было повелено, и пошел с ними к алтарю Божию. И он воскликнул и сказал: «мы нарицаем имя отшельника Григория, которого Бог избрал на епископский престол в городе Неокесарии». И сказавши это, благословил их и отпустил их в мире». 3 . Посещение Григорием Назиана, принятие служения епископа и откровение истинного учения 6 . Ибо Бог , Который во все времена творит чудеса в своих святых и попечение Которого открывается во всем человеческом роде 7 , послал одного из огненных ангелов, которые стоят в служении Его славе, к Григорию на гору и повелел сказать ему: «вот, ты должен быть святителем Божиим в городе Неокесарии! Встань, иди туда и вступи (в служение)! Но прежде пойди в город Назиан и получи благословение от избранника Божия Григория, и потом в мире иди в твой город!» Услышав это, он сказал: «Ты, Господи, содержащий все в Своей власти, Ты знаешь, что рабу Твоему не по сердцу преходящая слава; но если так угодно Тебе, Господи, то да будет воля Твоя на нас, как и на небе», И тотчас он встал и отправился в город Назиан и возвестил епископу Григорию то, что ангел сказал ему. Григорий также удержал его у себя и возвестил ему о тайных Божиих, которые совершились с ними. И так он благословил его и отпустил его в мире. Когда избранный Григорий сошел в город, он нашел его пламенеющим почитанием идолов. Увидевши великую честь, какую он оказывали чуждым божествам, он горько плакал и молился и говорил: «Господи Боже, творец и хранитель тварей! Так как ты послал ученикам Твоим, апостолам, Святого Духа, Параклита, и их неведение просветил Твоим познанием истины, то яви твои чудеса и в сие время и дай нам посредством Твоего писания образ сокровенных тайн Твоей веры!» И тотчас сделались видимыми на стене буквы, которые гласили так: «Три лица, Отца, Сына и Святаго Духа, единое божественное естество». В ту ночь Григорий заснул и увидел во сне юношу, который имел в своей руке книгу, и деву, которая облечена была в драгоценные одежды, и он держал ее за руку, именно (он увидел) Иоанна Евангелиста, сына Зеведея, и Марию, Матерь нашего Господа. |
| Вера в Бога теснейшим образом связана с творческим началом в душе человека. Все истинно-культурное, все высоко художественное всегда заключает в себе и просвет в иную, чистую, светлую область бытия, прикосновение мира горнего. Оно рождает призыв к прекрасному и истинному, т. е. к Божественному. В душе человека, преданного творчеству, непроизвольно пробуждаются новые чудные душевные состояния, поначалу смутно ощущаемые. Впоследствии они, все более и более проясняясь, слагаются в дивный гимн творению. В такие минуты человек поистине как бы беседует с Богом и молится Ему. Вместе с православной верой Русь восприняла образ христианской государственности, христианскую нравственность. Невозможно дух и смысл русской, да и европейской истории отделить от высоких идеалов, рожденных христианской верой. Гуманитарные дисциплины — филологию, философию, археологию, литературу, искусство, только исказив и искалечив, можно отстранить от христианского наследия. Церковь вовсе не имеет намерения растворяться в культуре, но, напротив, хочет внести в нее семена возрождения к жизни. Нужно ли напоминать, что именно классическая русская литература на протяжении безбожного двадцатого века для многих людей была путеводительницей ко Христу. В ней слышался призыв к человеку — быть человеком, оставить зло и грязь жизни, просветиться подлинным светом истины, добра и правды. У странника Макара Ивановича, человека из народа, подслушал герой «Подростка» Достоевского глубоко уязвившее его душу старинное слово «благообразие», выражающее идею красоты как святости и нравственной чистоты как красоты. Красота неотделима от доброты и тесно связана в русской народной психологии с подвигом самоотречения. «Хороший» в русском языке — прежде всего «добрый». «Пришли мне чтения доброго», — читаем уже в новгородской берестяной грамоте. И товар добрый — хороший товар, добротный. Доброта – качество человеческое, важнейшее. А превыше всего — любовь. «И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает», — говорит апостол Павел (1 Кор. 13, 3–8). |
| И еще, возводя их к мысли о величии тамошних благ, он представляет саму природу болезнующей и воздыхающей от настоящих бедствий и сильно желающей благ будущих, как совершенных, и говорит так: «Вся тварь совокупно стенает и мучится доныне» ( Рим.8:22 ). Почему она воздыхает? Почему болезнует? Ожидая будущих благ и желая перемены к лучшему: «И сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» ( Рим.8:21 ). Впрочем, когда ты слышишь, что она воздыхает и болезнует, то не думай, будто она одарена разумом, но помни свойственный Писанию образ речи. Когда Бог через пророков желает возвестить людям что-нибудь великое и приятное, то представляет и самые неодушевленные предметы чувствующими величие совершаемых чудес, не для того, чтобы мы называли природу чувствующей, но чтобы можно было представить величие чудес посредством случающегося с людьми. Так и мы, когда случится что-нибудь неожиданное, имеем обыкновение говорить, что сам город сетовал, и сам помост был прискорбен; и когда идет речь о людях страшных и имеющих зверское настроение духа, то также говорят: он колебал сами основания, и сами камни трепетали его, не потому, чтобы действительно камни трепетали его, но чтобы можно было представить чрезмерность зверского сердца и ярость его. Поэтому и дивный пророк Давид, возвещая блага, дарованные иудеям, и радость их по освобождения из Египта, говорил: «Когда вышел Израиль из Египта, дом Иакова – из народа иноплеменного, Иуда сделался святынею Его, Израиль – владением Его. Море увидело и побежало; Иордан обратился назад. Горы прыгали, как овны, и холмы, как агнцы» ( Пс.113:1–4 ). Между тем нигде никто не слыхал такого события. Правда, море и Иордан возвращались назад по повелению Божию; но горы и холмы не скакали, а только, как я выше сказал, желая представить чрезмерность удовольствия и облегчение от египетского изнурения, дарованное им, он говорил, что и сами неодушевленные предметы прыгали и скакали при полученных ими благах. Равным образом, когда Бог хочет возвестить что-нибудь прискорбное, происходящее от наших грехов, то говорит: «Плачет сок грозда; болит виноградная лоза» ( Ис.24:7 ); и в другом месте: «пути Сиона сетуют» ( Плч.1:4 ), и даже говорит, что предметы бесчувственные плачут: «стена дщери Сиона! лей ручьем слезы» ( Плч.2:18 ); также говорится, что и сама земля, и Иудея сетует и опьянела от скорби, не потому, чтобы стихии чувствовали, но, как я выше сказал, каждый из пророков хотел через это представить чрезмерность благ, подаваемых нам Богом, и наказаний, посылаемых на нас за наше нечестие. |
| Святой апостол Павел также называет Господа Иисуса Христа Сиянием Отца (см. Евр. 1:3). Сияет солнце на небе и изливает свой дивный свет на все поднебесное. Разве может оно сиять, но не изливать на землю света? Если Господь Иисус Христос называется Сиянием Славы Отца, это несомненно значит, что Он всегда существовал, всегда был присущим Отцу и Единосущным с Ним, ибо из существа Святой Троицы всегда исходило Божественное сияние, а этим Сиянием и был Господь наш Иисус Христос. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков; и свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Ин. 1:4–5). Он был для всех нас Источником жизни — жизни вечной, истинной, которая была светом для людей. Этот Божественный Свет и доныне сияет во мраке жизни человеческой, и никакая сила дьявольская не может угасить его. Был человек, посланный от Бога: имя ему Иоанн (Ин. 1:6). О каком Иоанне говорит здесь апостол? Конечно, о великом Предтече Господнем. Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали через Него (Ин. 1:7). Он пришел по Божиему повелению для того, чтобы уготовить путь Господу, прямыми сделать стези Ему (см. Мф. 3:3; Мк. 1:3; Лк. 3:4). Он светил миру светом своего сердца и приготовлял людей к восприятию истинного Света Христова, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир (Ин. 1:9). Это просвещение получаем мы, христиане, в великом Таинстве Крещения. В мире был, и мир через Него начал быть, и мир Его не познал (Ин. 1:10). Большая часть человечества Его не познала, отвергла Его. Пришел к своим, и свои Его не приняли (Ин. 1:11). А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими (Ин. 1:12). Он сошел с небес в мир земной, Им сотворенный, воспринял плоть человеческую от Пресвятой Девы Марии, пришел к Своему избранному народу израильскому, но не был принят большинством его. А тому меньшинству, которое приняло Его и полюбило Его всем сердцем, — ибо Он сказал: Я уже не называю вас рабами… Я назвал вас друзьями (Ин. 15:15), — дал власть быть чадами Божиими, таинственно вторично родив их уже не по хотению плоти, не по хотению мужа, а непостижимым рождением от Бога (см. Ин. 1:13). |
| ...Нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас 9 . Преподобного Сергия эти слова святого апостола Павла воодушевляли на подвиги, он устремлялся к почести вышнего звания, подобно Аврааму, ожидал города, имеющего основание, которого художник и строитель Бог 10 где будет такая жизнь, о которой написано в Слове Божием, что не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его 11 . Поэтому он непоколебимо стоял на своем пути, и, когда его искушали бесы, являясь ему в образе зверей, гадов или литовских воинов, устрашая его гибелью и смертью , преподобный Сергий молитвою к Богу прогонял эти бесовские полчища, веруя в Божественную помощь, которая его никогда не оставляла. Одно молитвенное воззвание к Богу обращало в бегство полчища бесовские! Так вера содействовала преподобному Сергию в его пустынном житии, и не только в перенесении непосильных подвигов, но и во всем, решительно во всем. Та же вера воодушевляла прежде мучеников неустрашимо идти на смерть ради Христа и увенчивала их победными венцами на небесах. Мы с вами, дорогие братия и сестры, плывем по житейскому морю, и, для того чтобы безбедно достигнуть тихого пристанища в вечности, крайне необходимо всем и каждому из нас иметь веру в Господа Иисуса Христа. Ничто так не противно врагу нашего спасения, как наша крепкая, живая вера в Господа и Спасителя нашего. Потому-то и воздвигает он на нас противный ветер и со стороны плоти, и со стороны мира. Верующий спокоен от простоты своей веры, но враг или всевает в него сомнение, или наводит его на людей, которые сами либо сомневаются, либо совсем не веруют, или знакомит его с какой-нибудь книгой, в которой вера отвергается либо подвергается сомнению. И так верующий до этого человек, спокойный в своем уповании, оказывается в опасности потерять свою веру, если не воззовет он к Господу о помощи. Бывают и другого рода искушения, когда верующие наслаждаются покоем и счастьем в своей семейной и общественной жизни, но враг спасения расстраивает их семейные отношения, производит нестроение на общественной службе, воздвигает недоброжелателей там и здесь, подстрекает гонителей и притеснителей веры. И вера сих людей, обуреваемых неприятностями и несчастьями, подвергается страшному испытанию. Они бывают даже готовы оставить свою веру, чтобы избавиться от скорбей. И благо человеку, если он найдет в себе духовные силы противостоять этому искушению и в напастях сохранит веру, иначе вместо желаемого избавления от временных бед он может погибнуть навеки. |
| ...Без веры угодить Богу невозможно, – говорит святой апостол Павел, – ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть, и ищущим Его воздает 8 . Вся жизнь преподобного Сергия в этом отношении для нас весьма назидательна и утешительна. Возлюбив с детства Господа больше всего на свете, он эту любовь к Нему пронес через бурю испытаний и искушений, которыми полна была его уединенная подвижническая пустынная жизнь, и сохранил ее до конца своих дней. На смертном одре, исполненный благодатного утешения, он возвел горе слезящиеся от радости очи и простер к Богу свои преподобные руки, тихо говоря: «В руце Твои предаю дух мой, Господи!» – и в дыхании сей молитвы чистой своей душой отошел ко Господу, Которого возлюбил от юности. Что помогло ему переплыть бушующее море всевозможных невзгод и трудностей? Вера. Из жития преподобного Сергия известно, что подвижнический его путь был весьма нелегким, и прежде, нежели он достиг сего блаженного состояния, ему пришлось вести жестокую борьбу с невидимым врагом и претерпеть от него много браней. «Кто может поведать, – говорит ученик Преподобного блаженный Епифаний, – все уединенные подвиги сей твердой души, неусыпно соблюдавшей все требования устава подвижнического? Кто изочтет его теплые слезы и воздыхания к Богу, его стенания молитвенные и плач сердечный, его бдения и ночи бессонные, продолжительные стояния и повержение себя на земле пред Господом? Кто сочтет его коленопреклонения и земные поклоны, кто расскажет о его алкании и жажде, о скудости и недостатках во всем, об искушениях от врага и страхованиях пустынных?» В зимнее время, когда от мороза земля расседалась, он, точно бесплотный, оставался в своей обычной одежде, думая только о том, чтобы избежать будущего огня вечного. Никогда во всю свою жизнь он не жаловался ни на что, не роптал, не унывал, не скорбел, при всех недостатках в потребном и искушениях был доволен и спокоен. И это потому, что он питал свой дух верой в будущую жизнь и награду от Господа за свои труды и лишения. |
| Первым из пророков был написан пророк Захария Изображение пророка Захарии над входом в капеллу обусловлено его пророчеством: именно он предсказал въезд Христа в Иерусалим. «Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной… Он возвестит мир народам, и владычество Его будет от моря до моря и от реки до концов земли. А что до тебя, ради крови завета твоего Я освобожу узников твоих из рва, в котором нет воды». (Зах. 9: 9 – 11) «Старец Захария, который, разыскивая в книге что-то, чего найти не может, стоит, опершись на одну ногу и подняв другую, – пишет Вазари, – а так как увлечение поисками того, чего он не находит, заставляет его стоять в этом положении, он забывает о тех неудобствах, которые оно ему доставляет. В этой фигуре прекраснейшим образом показана старость…» Это одна из самых статичных из четырнадцати фигур, являющаяся символом спокойного, мудрого, отрешенного созерцания. Старец с окладистой белой бородой, в одеянии желтовато-охристого цвета и зеленой мантии с красным подбоем сосредоточенно перелистывает страницы книги пророчеств. Пророк Захария Слева от пророка Захарии – Дельфийская сивилла. Жрица-прорицательница из храма Аполлона в Дельфах, жившая до Троянской войны, как писал христианский проповедник II века Климент Алекандрийский в книге «Строматы», свидетельствовала о Едином Боге: «Кто телесными очами узрит бессмертного Бога, небесного и истинного, обитающего в зените? Ведь даже лучам Солнца не в силах противостоять слабое человеческое зрение» Дельфийская сивилла Микеланджело юная, порывистая, живая. Это самая молодая из изображенных им сивилл. Дивный, трепетный образ юности! Она держит в руке свиток и при этом, будто услышав чей-то зов, поворачивается в другую сторону. Ее лицо с полуоткрытым ртом выражает крайнее изумление, может быть, даже испуг, словно она видит подтверждение своему пророчеству. Динамичность фигуры подчеркивается стремительным поворотом головы, развевающимися золотистыми локонами, живописными складками одежд. Считается, что иконографические образы античных предсказательниц художник почерпнул в труде Филиппо Барбьери (Filippo Barbieri, «Discordantiae sanctorum doctorum Hieronymi et Augustini», 1481), в котором теолог доминиканец XV века описывает сивилл, их внешний вид, возраст, манеру одеваться и сопровождает описание известными пророчествами. |
| А если окажется в ней кто-либо зараженный болезнью еретичества, учением змеиным, – я разумею еретическое заблуждение, – тот извергается отсюда, как Адам из рая. Как именно там послушавшийся научения змея был изринут из рая, так и в Церкви не повинующиеся Павлу, не научаемые Петром, но следующие внушениям змея, изгоняются из этого рая. Откуда это видно? А вот что говорит Павел: «я ревную о вас ревностью Божиею; потому что я обручил вас единому мужу, чтобы представить Христу чистою девою.Но боюсь, чтобы, как змий хитростью своею прельстил Еву, так и ваши умы не повредились, уклонившись от простоты во Христе» ( 2Кор. 11:2–3 ). Но сюда не имеет доступа учение змея, так как великий пастырь жезлом веры стирает главы змеев. В самом деле, как пастырь, дивный отец наш стирает главы драконов евангельскою верою и упованием на Христа, и как отличный садовник, питает произрастения Церкви, всякое же сорное растение или семя искореняет, всякий недуг нечестия, языческое заблуждение, как терния, он предает огню, еретическое же заблуждение как траву выпалывает и выбрасывает. Он облечен ревностью Божией, как немногие. Люди, имеющие обыкновение измышлять софизмы против Церкви и ее святых пастырей, не оставляют в покое и нашего дивного отца, и многие под видом кротости проповедуют нерадение, порицают ревность и пытаются остановить преуспевающее слово Божие. Случается слышать, как под личиною кротости говорят они: какое нам дело до язычников? Хочет человек спастись, и пусть спасается. Так говорить может только тот, кто совершенно не чувствует ревности к благочестию. Кто видит погибающего и не печалится об его погибели, не думает и о своем наказании, тот не ведает ревности по благочестию, не уязвлен стрелами истины. 3 . В самом деле, кто видит погибающего и не чувствует ревности о нем подобно Павлу: «кто изнемогает, с кем бы и я не изнемогал?» ( 2Кор. 11:29 ) – тот не ученик Павла. Сопоставь с этим добродетели нашего отца и ты найдешь, что на нем осуществляются эти апостольские слова: «кто изнемогает, с кем бы и я не изнемогал? Кто соблазняется, за кого бы я не воспламенялся»? Люди подобного образа мыслей – братья апостолов. |
| Народ: «Аминь» 4. «Неумолкаемо Воспеваемый и непрестанно Славословимый святыми Ангелами, наполни наши уста Твоим хвалением, чтобы возвеличить святое Твое им» и удостой нас участия в наследии со всеми истинно боящимися Тебя и исполняющими заповеди Твои, по молитвам Святой Богородицы и всех святых Твоих. Ибо Тебе подобает всякая слава, честь и поклонение, Отцу и Сыну и Святому Духу ныне и всегда и во веки веков«. Народ: «Аминь». 5. «Господи, Господи, содержащий все пречистою Твоею рукою, долготерпящий ко всем нам и сожалеющий о грехах наших, вспомни щедрость Твою и милость Твою, посети нас Твоею благостью и дай нам по Твоей милости, и в остальное время настоящего дня избежать различных козней диавола и сохрани нашу жизнь непорочной благодатью Всесвятого Твоего Духа, Милостью и человеколюбием Единородного Твоего Сына, с Ним же благословен Ты, со Всесвятым и Благим и Дающим жизнь Твоим Духом ныне и всегда к во веки веков». Обычно же в приходских храмах кафизма не читается, а поются лишь указанные стихи и произносится одна малая ектения, поэтому остальные молитвы с добавлением шестой прочитываются священником тайно во время пения 103 псалма. 6. Боже, Великий и Дивный, неисповедимым промыслом, по богатой милости, всем управляющий, Ты даровал нам блага мира и чрез дарованные блага руководил нас к Царству, поручив его но обещанию. Отклонявший нас от всякого зла в прошедшее время дня, даруй для Твоей святой славы и остальное время провести беспорочно, воспевая Тебя, Одного Благого и Человеколюбивого Бот нашего, Ибо Ты — Бог наш и Тебе воспылаем славу, Отцу и Сыну и Святому Духу ныне м всегда и во веки веков«. После ектений народ поет 140 и 141 псалмы на глас положенной службы, или же первые два стиха 140 пс. на указанный глас, а остальные на третий глас. Священник (или диакон) совершает каждение во всем храме. »Господи, к Тебе взываю, услышь меня. Услышь меня. Господи. Господи, я взываю к Тебе, услышь меня. Внемли голосу моления моего, когда я взываю к Тебе, услышь меня, Господи. Да направится молитва моя, как фимиам, пред лице Твое, воздеяние рук моих, как жертва вечерняя, услышь меня, Господи. Положи, Господи, охрану устам моим и огради двери уст моих; не дай уклониться сердцу моему к словам лукавым, для извинения дел греховных, вместе с людьми, делающими беззаконие, и да не вкушу я от властей их. Пусть наказывает меня праведник: это — милость; пусть обличает меня: это лучший елей, который не повредит голове моей; но мольбы мои против злодейств их. Вожди их рассыпались по утесам и слышат слова мои, что они кротки. Как будто землю рассекают м дробят нас; сыплются кости наши в челюсти преисподней. Но к Тебе, Господи, Господи, очи мои; на Тебя уповаю, не отринь души моей. Сохрани меня от силков, поставленных для меня, от тенет беззаконников. Падут нечестивые в сети свои, а я перейду» (Пс. 140). |
|
|
